• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: frost or jackson/ (список заголовков)
18:28 

Все 451 по фаренгейту.
В форме батлов.
Круг, визги, хаус и чистая победа.
Вторая линия и вкус крови во рту от прокушенной губы.
А потом все сразу стало легко.
И этот Джексон.
И эти линии.
И эти улыбки.
И я ведь жить без них не могу.
Какой-то мешок счастья и дикая уверенность что все непременно будет хорошо.
Совсем скоро я скажу спасибо.

@темы: frost or Jackson/

19:30 

Все 451 по фаренгейту.
Черный кофе в одном из самых дорогих кафе города. На самом-то деле, Юля никогда не любила ни кофе, ни отвратительные чизкейки. За большим окном с позолоченной окантовкой разгуливали голуби, и как эти самые птицы на солнышке, заливалась на соседнем кресле Камилл.
Париж. Вот они будни французский студентов. Юля приехала к Камилл по обмену, да так и не смогла уехать. Сдала экзамены, подала документы в университет и поступила. И вот, уже второй год она живет у Миллы, как она называла подругу, учится на педагогическом факультете и вот так вот пьет черный кофе и ковыряет ложечкой тошнотные чизкейки в самых дорогих кафе столицы.
- Juliet, с тобой все в порядке?
- Конечно.
На самом-то деле, Юля чувствовала себя Онегиным. Все эти походы в клубы, алкоголь, милые мальчики, институтские интриги... Все это порядком достало. Ни модные шмотки, ни золотые украшения не поднимали настроение. Камилл говорила что Юля становиться Meanie, и попросту не хочет тратить деньги. Проводя анологию с героем Александра Сергеевича, нельзя сказать, что Юля просто не проснулась. И любовь была, и книги она читала, и веселиться умела. В отрицание всем психологам, она не скучала по родине и не шибко грустила по родителям и старшем брате.
- Я пойду погуляю. - Юля подозвала официантку, с просьбой принести счет. - Сегодня буду поздно. Не закрывай дверь.
- А день рождения Жаклин?
- Передай ей от меня всего самого наилучшего, подарок отправлю по почте или передам в институте. Скажи что мне нездоровиться.
И девушка вышла из Кафе, наматывая по пути шарф. Молодой человек, сидевший ближе всех к двери, недовольно буркнул - "Русская", и уткнулся обратно в свою вечернюю газету.

Юля гордо чеканила маленьким каблучком Елисейские поля. Авеню Габриэль, где находилась кафешка, из которой она вышла, была улочкой знаменитой. Именно тут снимали фильмец "Париж, я люблю тебя". Она была явно не согласна с ним. Зачем иностранцы приезжают во Францию? Любить и любоваться красотами? Неет, они мечтают снять юную распутную француженку в таких ресторанчиках, типа "Лоран" и "Тур-д`Аржан", напоить, а утром сказать что это огни вечерних улиц помутили голову. Сколько раз так было с Камилл она уже не считает, но все же они светят своими шикарными честными глазами, в которых читаются добрые намерения...
На самом-то деле все в этом суматошном городе было не так. Даже само лицо города было не таким. Гордые высотки, соперничающие с Собором Парижской Богоматери, местами неисправная подсветка Эфилевой Башни, машины под Триумфальной Аркой Наполеона. Больше всего коробил пляж на берегу Сены. Не столица Европейской Державы, а остров аборигенов какой-то. Все давно избито. Изъедено. И каждый день аккуратно подкраиваеться, как жадным ребенком, чтобы в один прекрасный день рухнуть совсем. Вот он, плюс России - если кто-то что-то хочет, он берет сразу, и не церемонится. Юле хотелось бы вернуться назад во времени во Францию времен Гюго и Дюма, а лучше раньше, до Буржуазной революции... Этот город прогнил, как и любой другой.
Живя здесь всего 2 года, казалось что девушка знает Париж наизусть. Все заведеньица, закутки, улицы, каждый фонарь центра - все она знала. Друзья шутили, что ей нужно водить экскурсии а не учиться преподавать русский язык детям.

- И так, уважаемые слушатели. Сейчас мы стоим на одном из мостов через Сену, и видим этот мост. Еще через неё переброшенно еще 37 таких же. Еще тут рядышком Елисейский дворец и вообще идите погуляйте, оставьте меня одну. - Громко говорила Юля невидимым слушателям на своем родном русском с ярко-выраженным уже французским акцентом, пересекая очередной мост.
И тут заполыхало. Цветные огни, фонарики, громкие ругательства, пышные юбки, высокие парики. Актеры с пляжа на Сене. Сегодня они устраиваюточередное представление, наверное, опять какая-то второсортная пьеска о Великой Любви во времена Революций. Ну да, вот эти, матерящиеся в париках - Бурбоны, а вон те, в коричневого цвета сюртуках и полосатых носках, явно буржуа.
- Mademoiselle, куда это вы направляетесь в столь поздний час? - Проворковал какой-то напомаженный уродец в туфлях с позолоченными пряжками, пристраиваясь рядом с Юлей.
- Не вашего это ума дело, Monsieur.
- Вас мучает скука? Вы растеряны? Озлоблены?
- Ни одного чувства, из всех перечисленных вами, я не испытываю.
- Вы мне нравитесь.
- А вы мне нет. И с чего бы вдруг?
- У вас прекрасная душа.
- Душа - это все бредни. Я маюсь от скуки и бесполезности жизни в этом дряхлом городе. У вас все?
- Тогда, если вам просто нечем заняться, - Молодой человек пожал плечами и тряхнул рукавом с кружевным манжетом. - Может быть, пройдете с нами на представление? Обещаю самые лучшие места и чашку английского чая после спектакля.
Еще один случайный романчик. С актерами у Юлишны еще не случалось. А если понравится? "Мама, я влюбилась в актера! Он красит губы яркой помадой и у него с десяток кружевных блузок!". Смешно. Тогда прощай Франция, здравствуй родная деревня. Но пусть будет. Понравится - зарекомендую Миллке. И точно отобьет желание его видеть.
- Согласна. Только чай я люблю китайский.

Множество стоек, баров, кучи шизлонгов, люди сидят перед небольшой сценой, на который разворачиваются странные события. Кто-то кого-то казнит, кто-то кого-то убивает, кто-то влюбляется, кто-то плачет... Скукота. Видимо, двести грамм текиллы выпитые перед представлением, ударили в голову, и она громко закричала, нарушив тишину среди слушателей этого маленького театришки.
- Ennuye!**
И все, кто наблюдал за представлением обернулись на неё.
Они увидели хрупкую смуглую девушку с каштановыми волосами и карими глазами. Изящная, одетая в стиле вог, с хитрым прищуром глаз. Кто-то в толпе буркнул - "sceptique". В глазах труппы блестел ужас. Однако напомаженный, от самый, который притащил её сюда, повел рукой, делая пригласительный жест. Юля встала, и тряхнув своей пышной короткой юбкой, направилась на сцену.
Он протянул ей руку, и в ту же секунду Юля оказалась на импровизированной плахе. У страха, как говориться, глаза велики. От алкоголя, который на наше героиню действовал как героин, нож блестел, деревянные кольца жали руки и шею, от ужаса расширились зрачки. А эти сумасшедшие, которые вызвали её на сцену, начали кружить вальс. Карнавал ухмыляющихся злобных лиц, искаженных гримасой ненависти, бешенная скорость смены цвета, перед глазами плыло. И они все смеялись, в зале был невыносимый шум, кричать сил не осталось. Юля чувствовала, как по щекам текут слезы, а танцующие весело щебечут и смеются, говоря о том как она скоро умрет. И нож полетел. Мир замер.
Она даже не заметила что тот молодой человек уже давно убрал пластмассовый нож. она сидела на коленях и ревела. Публика была в шоке, некоторые содрогались от ужаса и неизвестности. Женщины кричали что актер поступил жестоко, мужчины молчали, сурово нахмурив брови.
Поль, так звали того самого парня в парике, наклонился к самому уху Юли, и самым нежным голосом, на который он был способен, прошептал:
- А теперь опровергни все внутренние споры в себе.
И она закричала. Сама себя не узнавая. Чужим голосом, откуда-то из недр, задействуя все возможные голосовые связки. Закричала так, что у всех кто стоял в радиусе метра заложило уши. Кто бы подумал, что в этом маленьком теле есть столько сил. А Поль усмехнулся, понимая, что он в очередной раз не ошибся. Никто же не скажет девочке про ЛСД в бокале текиллы.
- PARIS, JE T'AIME!
_____________________________________________________

* Meanie - скупердяй
** Ennuye - скучно
***PARIS, JE T'AIME - Париж, я люблю тебя.

@темы: frost or Jackson/

No wonder why.

главная